Давным-давно... В далеких античных землях, именуемых железным Болтом, шла гонка за элитные шмоты и оружие, которым можно было расхерачить человека пополам. Народы вели кровавые бои за эти артефакты, оставленные богами во времена их кровавых боев за место на небосводе. Если Вы ожидаете здесь увидеть эпичное приключение непобедимого варвара в трусах из пантеры, то Вы мой дорогой читатель по адресу.

Меня зовут Великая Книга Хуя и Магии. Я знаю Всё и Всё знает меня. Всё — хороший парнишка. Мы типа кореша. А еще я иногда зависаю со Смертью и Смертью Смерти. Тоже два таких поца прикольных… Но да ладно… разбубнелся что-то я… г-хм…

Наша удивительная история описывает подвиг великого варвара и его команду. Он силен! Он быстр! Он моется каждый день! Он Пардон! Варвар из Железного Болта!

— В команду нам нужен настоящий громила, способный своим мечом рубить монстров на гуакамоле, своим кулаком дробить кости в пыль, своими зубами выгрызать глазенки-пизденки и, наконец, своим зловонным дыханием вонять на всех мазафак вокруг! — сказал могущественный худощавый, морщинистый, короткий, страшный маг по имени Сучья Смерть.

Пока маг пиздел это все, он смотрел на рабов, которых вел за собой на цепи работорговец по имени «Не суй свой нос в мои дела, и имя я свое тебе не скажу, козлина ты тупая».

Вдруг откуда ни возьмись появился варвар на волке по размерам с лошадь. Он жестоко поглядел на всю здешнюю шоблу-ёблу и сказал:

— Отпустить рабов. Один шанс. Потом пизда.

— Да пошел ты нахуй! — донеслось из отрубленной, высоко воспарившей головы командира стражи.

— Он укакошил нашего атамана, пацанчики! Вперед на этого масленого свиноёба! — крикнул в свой последний миг, видимо, заместитель атамана и расклеился на две части по оси Y, как шоколадный дед в цветной фольге.

Ну и началось хуяренье, которое вполне быстро и закончилось. Рабы от страха наделали куч повсюду, а кровь растеклась рекой. Ну и из середины этого месива медленно и очень эпично вышел серьезный варвар с длинными волосами — без ебланской стереотипной челки, а с пробором. Под слоем кишков и крови виднелись трусы из пантеры, а в руке сверкал его верный меч.

Оттряхнув с лица какой-то кусок какого-то лица, он приблизился к магу.

Варвар смотрел на него в упор. Фоном ему служили трупы врагов, размазанные словно сыр на терке.

— Ты с ними? — спросил голосом шумевшего ветра в перевалах Гор Вонючего Дыхания Бога Войны варвар.

— Нет.

— Что тут делаешь?

— Я тут был на привале, — ответил Сучья Смерть, кивая на недавно потушенный ссаниной костер.

— Понял. Тогда прощай.

— Погоди-ка, варвар… Я ищу воина, который сможет помочь нам спасти дочь короля-алкоголика-любящего отца Ануса.

— Ануса? — в упор посмотрел на мага варвар.

— Да.

— Хм… — поскреб свою брутальную щетину варвар. — Пардон.

— Что ж… Тогда я отправляюсь на поиски дальше.

— Нет! Мое имя Пардон! — свирепо, с явной октавой усталости, пробасил варвар.

— А меня зовут Сучья Смерть.

Варвар кивнул.

— Какая плата?

— Плата — богатства казны его величества Ануса.

— Хм… Оружие есть? Элитные шмоты меня интересуют тоже…

— Вероятно, будут.

— Где дочь? Что с ней стало?

— Дочь у страшного колдуна-некроманта-некрофила-зоофила Херлина.

— У некроманта… — задумчиво и глядя на невъебенно эпичный рассвет повторил варвар и, мгновение помолчав, спросил: — Какой уровень у этого Херлина?

— Я не знаю. При определении его ауры значится три вопросительных знака…

— Значит, точно может выпасть элитный шмот… Я согласен! В путь, маг!

— Придержи волков, варвар! У меня есть команда. Я тебя с ними познакомлю. Команда!

Команда построилась в шеренгу около мага: Лучник — Меткий Глаз Надери На Жопу, Проныра — Шустрый Рукосуй, Разбойница — Сексуальная Дева.

Варвар кивнул разбойнице:

— Давно не виделись, Дева.

— И вправду много спермы утекло с тех пор, мой друг.

— Остальные, рад знакомству! В путь! — закричал варвар, и команда понеслась на поиски приключений.

Эпично герои скакали день и ночь, ночь и день. Всю дорогу было слышно звон могучих яиц Варвара Пардона — загадки, мстителя и просто самца. Горы, леса, степи и поля битв былых времен проносились мимо и исчезали в дымке тумана, освещенного молодым красным солнцем. Они неслись, как кобели на сучек, пока задницы их не отвалились.

— Привал! — объявил Сучья Смерть, и случился привал.

Команда разложилась в развалинах, которые некогда были небольшой деревней, которую как и всё остальное в этих краях сожрал зеленый в крапинку огонь и меч некромантов.

Наступил мягкий теплый и очень располагающий к ебле вечер. Светлички светили своими волшебными жопками. Где-то было слышно стрекотание сверчков. Огонь приятно пылал, и жаренная рыба из ручья неподолеку хорошо пахла.

— Что планируешь делать со своей долей? — спросил Меткий Глаз Надери На Жопу.

— Я это делаю не для себя… нужно кое с кем расплатиться… — тихо пробасил Шустрый Рукосуй.

— Не буду лезть ни в свое дело… и-ик… — икнул лучник и хлебнул еще мочевухи. — Ой… фу… и-ик! Ужасное пойло!

— Лучше сильно не нажираться, други... — заметил Сучья Смерть. — Ребятки, что вы думаете про наше небо?

— А что с ним? И зачем нам про него думать? — растирая блестящим лосьоном свое жаркое тело, спросила Сексуальная Дева.

Сучья задумчиво посмотрел на сидящего вдалике Пардона, который с упорством точил свой толстый и длинный меч. Маг укусил хрустящий бок своей рыбы на палке и занялся философией:

— Оттуда спустились боги в наш мир… Кто-то из них обучил нас смыслу и приколам. Мы поняли, что мы существуем и начали ебашить друг друга. Любовь почему-то для нас часто чужда… Вообще все это очень интересно. А еще это просто и понятно; логично и ясно. Но люди продолжают проливать кровь. Одни не понимают слов, а другие даже не понимают любовь. Похоть и сиськи им только подавай. А ведь самое главное в жизни это смотреть в любимые глаза и видеть там свет — свет того самого неба…

Маг вздохнул. Наступило молчание.

— Давайте-ка спать… — на выдохе, сказал Сучья Смерть.

Все отправились на боковую, заднюю, переднюю и так как им было удобно приткнуть свои бренные тела в зазоры старых развалин, дабы уснуть. В конце концов они захрапели.

Посыпались пещинки времени поры ночной. В черноте было хорошо и спокойно. И совсем не сыро.

Луч солнца золотого вдарил по глазам какой-то вороне, и та гаркнула на всю округу. Наши герои спросонья разбежались посрать. После утренних прихорашиваний команда уже затряслась в седлах дальше.

Начались ближайшие некогда земли некромантов. Почему некогда? Потому что полвека назад всех окончательно остаебала вся эта сатанистическая тема, и, объединив силы в кулак, несколько держав отпиздошили некромантов. Те събались вглубь своих земель и там затаились. Но присутствие их до сих пор сильно ощущалось повсюду…

На глаза наших героев иногда попадались старые, пыльные и сильно выгоревшие знамена некромантов с нарисованными бегемотами, гусями и просто костлявыми черепами. А вот несколько знамен, по мнению Пардона и Сучьи Смерти, были очень странными: будто бы довольно новыми и с изображением козлика.

Вообще всё это место было пыльное, серое и гиблое. Даже спустя столько лет здесь не выросло ни травинки, ни хуинки. Лишь холод, смрад и срад здесь витал и гнил в легких наших героев.

— Судя по древней карте, здесь, за скалой, будет башня Херлина, — немного дав петуха, просипел Меткий Глаз.

— Ну и ладушки, — кивнул Рукосуй. — Ёбнем ушлёпка и вернем дочурку.

— Дурак! — рявкнул Сучья. — Старый дурак!

— Я не старый…

— Ты хоть знаешь, о чем ты тут говоришь?!

— Ну…

— «Некромант» — это тебе не в попе пальцем колупать. Это серьезно! Он умеет оживлять мертвецов. Очень можно вспотеть и устать, когда с ним мочишься!

Герои вышли на небольшое плато, обрыв которого открывал вид на почти бесконечное, кишащее личинками и жужжащее мухами косогорье, просто доверху забитое людскими синими трупами. В конце этого мясного рулета стояком торчала черная-пречерная башня некроманта.

— Мои носовые поры забились некромантской энергией. Не трогайте мясцо… оно может укусить… и потом придется вам делать переливание… — прошептал маг.

Команда оставила своих скакунов и встала напротив кривой уродливой стены с глазами, волосами и обглоданной кожей с мясом.

— Вперед, команда! — пробасил варвар и вступил в недры трупного лабиринта. Остальные тоже вступили.

Спустя полчаса пейзаж не изменился: кишки, трупы, разлагающиеся органы, острые зубы мертвяков и кровавая жижа под ногами. Но… пока что вся эта гниль лежала тихо, тухло и тускло. Никаких признаков оживших мертвяков, зомби и всяких других потусторонних тварей не наблюдалось.

— А может… — прошептал Сучья Смерть, — нужно говорить, чтобы они ожили?

И всё после этого пошло по пизде…

На стенах зубы защелкали, руки зашевелились, кишки словно дикие черви задергались, и из аналов лабиринта изрыгнулись твари некрасивые. Сшитые из разных трупов и набитые трупочиной, они рявкали, плевались и алчно щелкали зубами. Их кое-как приделанные бошки вращались, словно колеса колесниц на боях гладиаторов легендарного Рамзюка.

— Наконец-то можно помахаться! — блеснула своей идеальной улыбкой Сексуальная Дева и оголила свою секиру.

— Лучше это сделаю я… — взвизгнул Сучья Смерть и, плюнув в свою потную ладошку, процедил какой-то каст.

И из других аналов выплюнулись другие твари… Это были какие-то демоно-кальмары, которые быстро уебали страшных сшитых зомбаков и так же быстро куда-то уползли.

— Хуя ты даешь, маг, — кивнул Пардон, засовывая свой толстый меч обратно.

— Я и не такое могу… Я потомственный колдун из рода Сучьих… Мой пра-прадед Сучья Харизма был поистине сильным колдуном. Я бы даже сказал — эпичным!

— Круто, — снова кивнул варвар.

Сучья Смерть исказил свою морщинистую физиономию в виде улыбки.

— Други, смотрите… — чувственно и на самом деле довольно эротично прошептала Сексуальная Дева.

— Ёб мой рот… — прошептали все.

Трупные стены разошлись, и перед героями словно по волшебству… точнее, точно по волшебству, материализовалась башня некроманта, которую отделяли высокие черные врата.

— Кто шаркает ногами по моему Зомборинту? — вопросил далекий, плохо различимый силуэт на самом главном бастионе башни голосом тысячи воюющих мертвяков. — Мое имя Херлин! Я хозяин этих земель! А кто вы, мерзавцы?!

— Я Пардон! — громко ответил Пардон. — Отдай дочь короля Ануса!

— Хуй тебе, варвар поганый! — крикнул в ответ некромант. — Уже слишком поздно! Она моя сучка!

— Ты очень плохой! И за это ты заплатишь. А заплатишь ты — жизнью! А это значит, что ты умрешь! — закричал Сучья Смерть.

— Я не могу умереть, болван! Я бессмертный! Я заключил контракт с самим дьяволом Истерикусом! Хотя вы тупорылые дегенераты даже и не слыхивали про такого. Только и умеете что жрать да срать!

Загнила гнетущая тишина.

— Насколько все плохо? — спросил Пардон Сучью Смерть.

— Ну… Истерикус — это может серьезно… все-таки он крутой дьявол… один из пяти главных дьяволов Безымянной страны…

— Долго что-то там пиздите… Я пошел ебать мою сучку, а вы развлекайтесь! Армия мертвых ублюдков, в бой! — плюнул на руку некромант и, вытерши ей свою задницу, пробубнил заклятие.

Из земли повылазило где-то тысяча скелетов со всевозможным оружием. Они без единого крика, вопля, ора, мата и какого-либо другого устного звука выстроились в шеренгу.

— Ха! — усмехнулся Пардон без улыбки и…

Хуяк — и первая сотня рассыпалась от какого-то эпичного мега-удара, требующего высокой концентрации и давно скапливающегося отрицания к этому зассаному миру. Это был Пардон, который бросился крушить скелетов направо и налево (ее намасленные сисьски горячо тряслись при этом). Сексуальная Дева следом принялась мозжить костлявых своей верной Черной секирой. Шустрый Рукосуй рассекал кости своими даггерами. А Сучья Смерть создавал магические стрелы, которые Меткий Глаз Надери На Жопу пулял градом.

Через пару киношных моментов все враги уже валялись на полу в виде груд костей.

Снова загнила тишина.

— Ненавижу прерываться! — шмыгая сопливым носом, как бывает после траха, завизжал Херлин. — Вы тварюги, это только первая волна! Армия!

И — клацая костями — скелеты снова выстроились в молчаливую, беспринципную армию, готовую на что угодно во имя снова подаренной жизни.

— Так мы, боюсь, точно вспотеем… — зачесал под своей верной мрачной Шапкой-Лапкой-Тапкой Сучья Смерть. — Есть идея…

Он сложил ручонки вокруг рта и громко крикнул:

— Некромант, а твоя фантазия только на этом заканчивается? Не можешь круче каст спромтить?

— Ты ебанат, что ли? На взрослых дядь залупаться, что ли, нашелся? Думаешь, я дурак? И буду сейчас неоттестенное заклятие тут придумывать!

— О… ну тогда мы пошли и скажем всем, что ты курица тупая трусливая. Что только проверенные касты используешь и что боишься рисковать. И вообще, что ты выбрал бабу вместо сражения! И вообще ты не курица, а петух! Услышал меня, хуй некротический!

— Да и идите вы нахуй! У меня есть армия! И я ее специально долго сочинял, чтобы меня такие, как вы, долбоебы, не доставали!

— Ну и пошел нахуй! Нам этих принцесс спасать больно-то и надо! Платят гроши, а геморроя много. Были рады познакомиться! Отчаливаем, господа! — задумчиво прохрипел Сучья Смерть и, запихав руки в карманы, побрел обратно в Зомборинт.

Все из команды последовали тому же примеру. Скелеты закрутили черепами — наверное, обсуждали действия противника.

Как только Сучья Смерть зашел за мерзкую стену лабиринта, он замахал команде, чтобы они замерли и его ожидали его знак.

А тем временем скелеты начали глючить, ведь в их программе входило обнаружить и мочить противника, а противника не оказалось. Ну и скелеты начали хуярить друг друга. Алгоритм накрылся, и магия выдохлась.

— Ах вы штопанные гандоны! Вы, блять, мне магию поломали! Не могли сдохнуть, как все остальные?! — заорал Херлин.

— Пардон, — игнорируя некроманта, сказал маг. — Сноси ворота!

— Не так быстро, обезьяна волосатая! — дал фальцетного петуха Херлин и, вытерши обе руки об свою вонючую сраку, прохрипел новое заклятие.

Вдруг небо стало черным, а земля — красной. И по всем углам зашевелились кости и, шебурша и перекатываясь, начали лепиться в одну точку. А через мгновение они сформировались в огромного, километрового скелетного монстра. Все пики, мечи, топоры скатались в один длинный, под стать монстру, полукилометровый меч.

— Тебя зовут Мега-Скелетус, твоя задача — уничтожить этих живых существ! — показал кривым, обосранным пальцем на команду некромант.

— О-У-А-А-АР!!! — подтвердил Мега-Скелетус и заорал-заревел на всю округу, словно белая гордилла с планеты Бюмэх во время периода спаривания.

— Хм… — почесал свой максимально брутальный подбородок Пардон.

Он ринулся на врага.

Вдруг из недр больших пустых глазниц, словно из пещер, начали вылетать костяные дракончики. Оставляя зеленые в воздухе следы некромантских чар, они словно торпеды бабахались об землю и взрывались. Пардону оставалось лишь уворачиваться от этого костяного града.

— Пуляй в них костемётом, блядь! — взвизгнул Херлин.

И Мега-Скелетус, поморгавшись, сменил режим. Из его глазниц полетел ровный поток острых костей. Пардон принялся кромсать их, словно голодный бегемот, людишек. Мега-Скелетус понял, что одного потока мало, и удвоил его — из каждой глазницы полетело по два потока костей. На помощь Пардону кинулась Сексуальная Дева — ее искусство владения боевым топором говорило само за себя. Мега-Скелетус утроил потоки: то есть на героев полетело шесть острючих потоков костей.

Сучья Смерть прикусил язык и плюнул на серый песок окровавленный харчок, растер его пальцем и начертил магический квадрат.

— Печенька, Мандаринка, Крем, Зима! — прошептал он, и героев накрыл огромный мандариновый тирамису. Все кости завязли в креме.

— У меня таких два свитка осталось… — прохрипел Сучья.

— А-А-А-Я В-А-А-А-С И-И-И-Х Т-А-А-А-К З-А-А-М-О-О-О-Х-Ч-У-У-У-У-У-У!!! — на всю округу бесконечным эхом заревел монстр.

После того как герои поели и даже облизали пальцы (у них вилок не было) и когда эхо улеглось, монстр разрубил своим мечом тирамису пополам. Герои застыли в ожидании, что же будет дальше. А дальше было вот что: монстр развернулся к ним жопой, схватился за нее и стал трястись.

— Ха-ха! Тужься, дружок! О-хо-хо! — смеясь, заверещал Херлин.

Мега-Скелетус так затрясся, что даже Пардон немного расстроился. Вдруг из вонючего центра тазовых костей вылетело костяное щупальце. Оно принялось сметать все на своем пути и прихлопывать героев. Представьте это месиво из гнилой земли, грязи, костей, пыли, крема, мандаринки — и в этом месиве, словно в болоте, команда уворачивалась от щупальца, при этом им нужно было не утонуть!

— Надоело… — буркнул варвар и запрыгнул на щупальце.

Скользя и пару раз чуть не упав, он побежал вверх и прямо у основания жопы обрубил его.

Монстр заорал, но из его жопы выстрелом выскочило сразу три таких щупальца.

— Ебанный нах, — сказал Пардон. — У меня план!

Варвар отпрянул обратно. Гигант был неплохой грушей для битья, но такой бой у Пардона и команды бы занял целую катку. Нужно было что-то поэффективнее…

— Меткий Глаз, стреляй по всему его телу снизу вверх! — крикнул варвар лучнику.

И лучник запулил настоящий стрелопад. Стрелы воткнулись, как и было поручено, по всей площади монстра. Пардон разбежался и запрыгнул на ногу пред-босса. Хватаясь за стрелы, он легко вскарабкался до самой вершины — головы скелетного великана.

— Вот и твоя кончина, скелет! — втыкая свой блестящий толстый меч в мега-черепушку из обычных черепушек, выпалил варвар.

Мега-Скелетус зашатался и обрушился грудой бесполезного кальция.

— Ах ты говна кусок! — заорал некромант.

— Помогите, он заставляет меня пить с ним чай! Я уже не могу! — высунувшись из-за плеча Херлина, изможденно застонала дочь короля Ануса. — Я хочу домой к своим рабам-накаченным-качкам ебаться! Уберите от меня этого некрофила!

— Молчать, сучка! — хихикнул Херлин. — Ну проходите внутрь, хули пришли! Посмотрим, как вы сможете подняться! Там вас будет ждать много всякой хуйни!!! Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха…

…все уже в башню забежали, а этот долбоеб еще смеялся пару минут…

— Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!

— Будьте осторожны… этот трупоёб наверняка наставил вдоль всей этой винтовой лестницы, которая украшена прелестными гобеленами и статуями эпохи Великих магов и каменными фресками, изображающими сюжеты древних подвигов Богобогов, побеждающих Блуждающий Говнатикус…

— Соберись, Сучья, — похлопал по плечу мага варвар. — Эти стены могут внушать тебе СДВГ-вайб, и ты можешь заплутать и забыться. Я знаю такие заклятия. Мы, варвары, — давние враги некромантов.

— Ты прав… соберу мозги в кучу! — кивнул Сучья Смерть и врезал себе такую оглушительную затрещину, что еще пару секунд эхо трещало по всей башне.

Герои потихоньку пошли наверх. Спустя пару минут ничего не произошло, лишь воздух стал какой-то спёрженный.

— Мои миазмы! — донеслось жутким писклявым криком из-за угла.

Команда переглянулась.

— Вам нравятся мои миазмы?! — последовала следующая порция воплей. — Я изрыгаю их из своей дырки в заднице! Моя задница способна изрыгать миллионы кубометров воняющих миазмов! Мое имя — Меазматор!

Шустрый Рукосуй, единственный с покрытым лицом (у него была отсосинская маска), высунул голову и увидел жуткое существо с навыкат глазами и спутанными черными волосами под лохмотьями. Оттопыренные пальцы на серых костлявых руках рыскали в поисках плоти.

— Ебуть его мать… — прошептал Рукосуй.

— Кто там? — прошептала Сексуальная Дева.

— Какой-то странный монстр. Из его жопы дым едкий вылетает, а сам он на вурдалака похож, — вытирая пот с маски, прохрипел проныра.

— Очередной эксперимент некромантии, — пробасил Пардон.

— У меня есть идея, — кивнула на витраж, изображающий истребление варваров некромантами, Сексуальная Дева.

Меткий Глаз Надери На Жопу ухмыльнулся и заебенил стрелу в окно. Треск, шум, красота падающих осколков — и задул приятный свежий ветер.

— Мои пердежи!!! Мои вони!!! Мои шептуны!!! Я задыхаюсь, бляди поганные! — заверещал Меазматор и выбросился из окна.

— Это было несложно… — пожимая своими сексуальными плечами, улыбнулась Сексуальная.

— Дальше нас поджидает только мрак… — прошептал маг и показал своей кривой палкой-копалкой на черноту следующего пролета.

Герои вступили во мрак и начали бояться. Единственный, кто не боялся, — это Пардон. Варвар уже давно разгадал этот трюк.

— Мой дед рассказывал мне про такое, — сказал он и со всей силы воткнул меч прямо в ступени.

Раздался оглушительный рык и рокот. Все затряслось, и мрак мгновенно пропал. На полу возле команды развалился проткнутый насквозь классический лиловый бес — железноболтикоподобная тварь лилового цвета с длиннющими большими руками и небольшим крепким голым, таким же лиловым, хвостом в расписанных шароварах и робе.

— Не губи меня до конца! — прокашлял он. — Я не могу не выполнять приказы Херлина. Он держит меня здесь андэдской магией! Моё имя — Василиус! Я тебе еще пригожусь! Если замочишь Херлина, то я после реабилитации из измерения сатанизма вернусь и буду тебе служить верой и кривдой! Прямо как Картону…

— Слишком много болтаешь, бес, — сурово сказал Пардон. — Любой помощи я рад. Служить мне не надо — я тебе не варвалок. Больше нам таких не надо.

— О чем он? — скосив глаза, спросил маг.

— Неважно… — отрезал Пардон. — Идем дальше.

Герои поднялись еще на пару пролетов и уже увидели выход на сам бастион Херлина, но неожиданно дорогу им перегородила секси-телка в костюме шаманихи-чернокнижницы (пусть тут каждый себе представит свою секси-телку — как из порнухи).

— Мои сладкие мускулистые мужчины! — сладостно запела она. — Да будут крепки ваши хуи!

— Твои упругие груди и тугие бедра не заставят нас поддаться и делать то, что ты хочешь, ведьма! — процедил Сучья.

— Уйми своего старого пса, варвар! — еще сладостнее сказала колдунья и, простонав, добавила: — Меня зовут Ню’Д.

— Я знаю, как тебя зовут, Ню’Д, Повелительница Хуёв, — Жрица из Царства Самора, — поднял тяжелый взгляд Пардон. — Что тебе здесь нужно?

— Херлин — мой давний друг, и я у него в гостях. Я просто уходила и хотела лично с тобой познакомиться… ведь о тебе и твоем десятилетнем походе Вечного Скитальца ходят сплетни и всякие калуарки. Я вам не соперник.

— То есть ты не будешь нашим врагом сегодня, — тряхнув своими черными, как смоль, волосами, подтвердил варвар в своей парадигме представления общества с помощью развешивания ярлыков.

— Еще увидимся, красавчик… — подмигнула Ню’Д и, проведя по яйцам всех мужиков из команды и оскалившись на Сексуальную Деву, сбежала вниз по лестнице.

Взгляды мужской половины застыли на том месте, где в последний раз сверкнула сверкающая от масел попка великой колдуньи в трусиках с застежкой в виде головы козла.

— Идемте уже сражаться, кабелины! — крикнула Сексуальная и, толкая своих спутников, вытолкала своих спутников на поверхность бастиона вершины башни некроманта.

В этой главе будет встреча с избалованной дочуркой короля Ануса, бой с некромантским упырком и, наверное, конец, хотя жаль… было весело писать эту книгу… но будут еще книги и истории. Приключения будут продолжаться, пока бьются сердца авторов сиих рукописей!

— Помогите, спасите меня уже наконец, вы ленивые мрази! — застонала дочь короля Ануса.

Уже донельзя затисканная, она сидела на тощих, острых, лысых коленях некроманта и горько плакала.

— Ваше Высокоранговое Высочество, мы стараемся! — бросил ей Сучья Смерть.

— Закрой свой рот, холоп! Как ты смеешь мне отвечать, блядина низкосортная!

— О-хо-хо! — безудержно загоготал Херлин. — Как она тебя приложила, маг! Вот и старайся после этого!

— Согласен… неблагодарное это дело. Ну зато платят много, и потом можно купить себе всё, что хочется. Знаешь… новый посох на дороге не валяется!

— Конечно! Кстати, слыхал про магазин посохов Дядюшки Гомо в Кукершмаце?

— Нет… хороший?

— Ну… там много добротных магических прибамбасов продается.

— А кубический пирамидальный булькер там есть?

— Хм… кажется, нечто подобное я там видел… знаешь, я думаю, что его можно легко заменить глазом марианеточной бляхошлёпки.

— Ё-кэ-лэ-мэ-нэ! Точняк! И как я не додумался!

— Да пустяки. Здесь главное — результат. А способ — это лишь детали, которые никто всё равно не увидит. Что там в бэкэнде — похуй, — кивнул Херлин.

— Ты прав! — улыбнулся Сучья Смерть.

— О чем вы, нахуй?! — заорала дочь короля Ануса.

— И правда! — ухмыльнулся Херлин. — Все эти советы тебе уже ни к чему, маг!

— Но все равно спасибо! — поклонился Сучья Смерть.

— Да ладно тебе! Я же от души! — тоже поклонился некромант в ответ.

— А-а-а!!! — пуще прежнего завопила дочь короля Ануса. — Уже мочите его!

— Херлин, твой некромантский род должен сгинуть с лица этого мира, — серьезно сказал Пардон.

— Закрой уже свой рот, горилла, и… — снова начала визжать, как сучка-вонючка, дочь короля Ануса, но Пардон сказал:

— Молчи, дочь короля Ануса. Сейчас я говорю.

Дочь опешила и послушно завалила хлебало.

— Отдай дочь, и мы уйдем без боя.

— Мне она нужна для очень хитровыебанного ритуала.

— Тогда умри! — сказал Пардон и издал боевой клич варваров: — АГРОГУГА!

Херлин откинул от себя пленницу и, превратившись в вонючего черного цепкого богомолистого монстра, отпрянул на стену.

Щелкнув своими богомольскими челюстями, он ринулся на варвара. Пардон рубил его конечности, но те, сука, снова отрастали.

Херлин прыгнул на Пардона и укусил его в плечо. После, ударившись о землю, превратился в себя, только больше и накаченнее.

— Он теперь похож на Пардона! — крикнул Меткий Глаз Надери На Жопу.

Херлин засмеялся и из мрака своей черно-лиловой накидки с красным силуэтом козла вытащил извилистый некромантский черный меч.

— Теперь уже не так весело, варвар?! — как бешеная утка заорал Херлин.

— Мне неважно, как ты выглядишь, некромант. Я тебя покромсаю на мелкие куски! — сказал варвар и снова ринулся в бой.

Пардон и Херлин эпично ебашились мечами. Лязг и треск железа эхом звенел по всему бастиону. Периодически какая-то рука некроманта летела вниз с башни, но, не успев шмякнуться о землю, на месте обрубка вырастала новая рука вновь.

— Тебе меня не победить, дурак! Я бессмертный! Я же говорил!

— Всегда есть способ! — ответил варвар.

— Может, он и есть! Но я его не знаю! — засмеялся Херлин.

— Пиздит он! Черти просто так контракты не заключают! Они раз сто предупреждают и рассказывают, где слабые места в их предмете сделки! — крикнул Сучья Смерть.

Херлин злобно глянул на мага.

— Спасибо, Сучья. Я знаю, что он блефует. Я тоже кое-что знаю про дьяволов, — отразив очередную хитрую атаку некроманта, крикнул Пардон.

— Команда, все мочить некроманта! — закричал маг, и команда суматошно прыгнула в бой.

Герои принялись рубить некрофила, бить его, пинать, кусать, но тот вставал, как ни в чем не бывало.

— Так… значит, количество ударов не влияет на результат, — задумчиво записал в манускрипт Сучья Смерть свое наблюдение. — А попробуйте нанести все удары сразу!

Команда ёбнула в один раз, но Херлин, хихикнув, снова вскочил.

— Да чтоб тебя! — зачесал под шапкой свою розовую копну волос Сучья Смерть.

— Этот пидарас все время свои яйца чешет! Отрежьте ему их! — крикнула дочь короля Ануса.

— Рубите яйца! — крикнул маг.

Пардон одним хирургическим рывком отсек яйца Херлину.

— Ха-ха! — вновь раздался мерзкий, раздражающий хохот некроманта. — Хорошая попытка, но мимо!!!

— Пардон, дави их нахуй! — тыча пальцем в волосатые некромантские мерзкие яйца, закричал Сучья.

— Вот оно что! — ухмыльнулся варвар и размозжил яйца в кровавую лепешку своим могучим варварским унтом.

— Дураки! — снова засмеялся Херлин. — Я же сказал, что я бессмертный! Меня нельзя ранить!

— Должно же быть что-то… не бывает заклятий без слабых мест… — сверля пальцами свои виски, тужил мысли Сучья Смерть.

Маг остановился, вздохнул полной грудью и внимательно оглядел замок в поисках ответа. На глаза ему попались: обсидиановые камни, из которых состоял бастион; гобелены с изображением козла, какого-то долговязого фиолетово сверкающего, словно косм, мужика и воскрешения мертвых; коллекция магических предметов с котлом для проклятий; магический пылесос; сундук золота и невзрачная ваза.

— А что в вазе? — спросил маг.

Херлин заорал:

— Не трогай ее!

Маг, долго не думая, разбил вазу.

— Ты даже не представляешь, что ты сделал… — заплакал Херлин.

Все оторопели. Некромант заскулил, словно дитё.

— Зачем?! А?! Зачем ты ее разбил?! Всхлип-всхлип! — брызжа слезами, опустился на свои острые, лысые колени некромант. — Я же просил тебя не трогать ее! Это же была моя бабушка! Ее прах!

Сучье Смерти стало как-то неловко. Он хотел было что-то сказать в ответ, дабы себя оправдать перед своей совестью, как вдруг небо стало чернее говна после активированного угля.

— ХЕРЛИН! — прозвучал голос громче, чем сам гром.

Над героями, некромантом и дочерью короля Ануса навис большой дьявол с острыми прямыми рогами. Он был в розовом пиджаке, с белоснежной отглаженной рубашкой и с черным галстуком.

— ТЫ НАРУШИЛ СВОЙ УГОВОР!

— Что я сделал, ваше злодейшество, о Великий Дьявол Истерикус — повелитель коммерции? — вошкаясь в ужимках и прыжках, залебезил некрофил Херлин.

— МЫ С ТОБОЙ ДОГОВОРИЛИСЬ. ТЫ БЕССМЕРТНЫЙ, И ТЫ НИКОГДА НЕ УМИРАЕШЬ. А ТЫ НАРУШИЛ УГОВОР!

— Так я же как бы… ну я же не умер ни разу… вы же видите, что я жив… вот… я тут перед вами… — замямлил некромант.

— МОЛЧАТЬ, НЕКРОМАНТ! Я ПОЯСНЮ! ТАКОВ УГОВОР! Я ДОЛЖЕН ПОЯСНИТЬ. У НАС В УСЛОВИЯХ КОНТРАКТА ТАК НАПИСАНО! ЗНАЧИТ… НЕКРОМАНТ ХЕРЛИН ПОЛУЧАЕТ БЕССМЕРТИЕ И ВЕЧНУЮ ЖИЗНЬ ДО МОМЕНТА, ПОКА ОН НЕ УМРЕТ.

— Но…

— ТЫ УМЕР В ГЛАЗАХ ЭТИХ ОБОРВАНЦЕВ! ОНИ ТЕБЯ ПОЖАЛЕЛИ. А ЭТО ТО ЖЕ САМОЕ, ЧТО ОНИ НА МГНОВЕНИЕ ЗАХОТЕЛИ НА ТЕБЯ НЕ СМОТРЕТЬ. ЗАХОТЕЛИ ТЕБЯ НЕ ЗАМЕЧАТЬ. ОНИ ЗАХОТЕЛИ, ЧТОБЫ ТЕБЯ НЕ БЫЛО. А ЭТО ТО ЖЕ САМОЕ, ЧТО ТЫ ДЛЯ НИХ НА МГНОВЕНИЕ УМЕР.

— Но это как посмотреть… такая логика, мне кажется, очень притянутая за уши… — возмущенно посмотрел Херлин на Истерикуса.

— ЗА УШИ ПРИТЯГИВАТЬ ТЕБЯ БУДУТ В МИРЕ ВЕЧНОЙ ЕБЛИ В ПРОСТРАНСТВЕ БЛЕВОТИКИ. МИЛЛИОН ЧЕРТЕЙ МИЛЛИОН РАЗ МИЛЛИОН ЛЕТ БУДУТ ДРАТЬ ТЕБЯ В ЖОПУ! Я ЗАБИРАЮ ТЕБЯ!

Истерикус мгновенно исчез, а Херлин издал что-то типа последнего вздоха-вопля-пердежа-визга-блевания и наизнанку завернулся в свою сраку.

— Чтоб тебя черти ебли не миллион лет, а два миллиона! — крикнул ему вдогонку маг.

— Я ненавижу, когда я не сам убиваю врага… — мрачно лязгнул об ножны своим мечом Пардон.

— Я не хочу видеть твою скорбь! Я могу с тобой сразиться, варвар! — серьезно сказала Сексуальная Дева.

— Благодарю, Сексуальная. Я окажу тебе честь и сражусь с тобой после, даже несколько раз! — сказал варвар.

Команда спустилась вниз, рубанула пару зомби в Зомборинте и, вернувшись к своим скакунам, отправилась к королю Анусу, сопровождая его избалованную дочурку-балагурку.

Герои прискакали к королю Анусу. Он, понятное дело, закатил пир горой. Там была оргия такая знатная. Музыканты, игрецы на дуде, ложечники и членостуки. Было много веселого: всякие выступления жонглеров, танцы живота, огоньки и шутихи. Все развлекались и праздновали как могли.

Сучья Смерть копался в казне, чтобы нарыть какой-нибудь эпичный предмет. Меткий Глаз Надери На Жопу пошел жахаться. Шустрый Рукосуй набухался до тошноты. Дочь короля Ануса, которой Пардон снова заткнул рот, чуть не захлебнулась. А Сексуальная Дева над ней долго смеялась, а потом увела Пардона в спальню, чтобы посражаться с ним вдоволь.

И сражались они двести восемьдесят два раза, ибо ночь была романтичной и с огромной луной, как гной на миндалинах в горле великана. Ведь научно доказано, что все великаны болеют тонзиллитом.

— Куда отправишься, маг? — запрягая своего волка Волка, спросил варвар.

— Честно, не решил еще, — задумчиво ответил маг, сидевший по-пустынски на своей лошади, втянув в себя молчаливый дым из своей длиннющей трубки.

— Можем поехать вместе. Мне было весело сражаться бок о бок с тобой и твоей командой, — на миллиметр сдвинув рот в подобие улыбки, сказал Пардон.

— Ок, варвар. Инвайтну я тебя в гилду мою, — хихикнул Сучья Смерть и протянул руку варвару.

— Да будет так! — пожав маленькую сморщенную ручонку великого потомственного мага, сказал Пардон — варвар из Железного Болта.